Психолог Юлия Майорова рассказала о том, что влияет на наши решения, реакции и поступки
Вы когда-нибудь обещали себе, что с понедельника всё будет по-другому? Вы начнете раньше вставать, перестанете откладывать важные дела, займетесь спортом, научитесь говорить «нет», попросите повышения или наконец запустите проект, о котором давно мечтаете. В тот момент вы совершенно искренни. Решение принято. План составлен. Кажется, что теперь-то ничто не сможет сбить вас с намеченного пути.
Но проходит несколько дней — и жизнь словно возвращается на привычные рельсы. Будильник снова переносится на десять минут, важный разговор откладывается, спортзал исчезает из расписания, а новый проект продолжает ждать подходящего момента.
Возникает закономерный вопрос: если решение было принято осознанно, почему его оказалось так сложно выполнить?
Мы привыкли считать сознание главным руководителем своей жизни. Нам кажется, что именно оно принимает решения, выбирает направление и контролирует каждый шаг. Но в действительности сознательная часть психики управляет далеко не всем.
Представьте айсберг. Над поверхностью воды видна лишь его небольшая вершина. Именно она заметна и доступна взгляду. Но основная масса скрыта под водой. Также можно представить и работу нашей психики. Сознание — её видимая часть. Благодаря ему мы анализируем информацию, принимаем решения, строим планы и оцениваем последствия своих действий. Но под поверхностью остаётся огромный пласт накопленного опыта: привычки, эмоциональные реакции, убеждения, ассоциации и автоматические модели поведения.
Именно эту скрытую часть мы называем подсознанием.
Сознание похоже на руководителя, который определяет стратегию. Но ежедневную работу выполняет огромная команда незаметных процессов, благодаря которым нам не приходится каждую минуту заново учиться жить. Это не недостаток, а один из самых эффективных механизмов работы мозга.
Представьте, что каждое утро вам пришлось бы заново вспоминать, как чистить зубы, завязывать шнурки, пользоваться ложкой или открывать дверь. На самые простые действия уходило бы огромное количество энергии и сил. Поэтому всё, что регулярно повторяется, мозг постепенно переводит в автоматический режим.
Лучше всего это видно за рулём автомобиля.
Когда человек впервые садится за руль, каждое действие требует внимания. Он думает, какую педаль нажать, когда посмотреть в зеркало, как перестроиться и где повернуть. Сознание полностью включено в процесс. Но спустя месяцы водитель может доехать по знакомому маршруту, почти не замечая отдельных участков дороги. Он вовремя тормозит, реагирует на дорожные знаки, пропускает пешеходов и перестраивается — хотя почти не думает о каждом движении.
Так мозг освобождает ресурсы для более сложных задач.
Проблема возникает тогда, когда на такой же автопилот переходят не только полезные навыки, но и наши психологические реакции. Кто-то повышает голос — и человек мгновенно замыкается. Клиент отказывается от сотрудничества — внутри появляется мысль: «Я недостаточно хорош». Партнёр долго не отвечает на сообщение — возникает тревога. Появляется возможность повысить стоимость своих услуг — и вместе с ней приходит необъяснимый страх.
Со стороны кажется, что эти реакции вполне осознанны. Но если присмотреться внимательнее, становится заметно: между событием и внутренним ответом почти не было паузы. Человек ещё не успел оценить ситуацию, а решение уже словно принято.
Так проявляются подсознательные программы.
Большая часть из них начинает формироваться ещё в детстве. Мы слышим слова родителей, наблюдаем за тем, как они относятся к работе, деньгам, отношениям и ошибкам, переживаем первые разочарования, страхи, чувство стыда или одиночества. Постепенно психика делает выводы о том, как устроен мир и что помогает чувствовать себя в безопасности.
Ребёнок не рассуждает как взрослый. Он просто приспосабливается. Иногда именно тогда появляются внутренние правила: «Ошибаться опасно», «Чтобы меня любили, нужно быть удобным», «Лучше не выделяться», «Большие деньги приносят проблемы», «Людям нельзя доверять».
Проходят годы. Обстоятельства меняются. Но эти выводы продолжают незаметно влиять на выбор человека, даже если он уже не помнит, когда впервые в них поверил. Именно поэтому иногда мы словно снова и снова оказываемся в похожих ситуациях, хотя искренне хотим жить совсем по-другому.
Самое интересное начинается тогда, когда человек перестает искать в себе недостатки и начинает задавать себе другие вопросы. Зачем мне так важно снова оказаться именно в этой ситуации? Что моя психика пытается для меня сохранить, удерживая этот сценарий? От чего она защищает меня, не позволяя получить то, к чему я так стремлюсь?
В этот момент становится понятно: психика вовсе не находится по другую сторону баррикад. Она не пытается усложнить человеку жизнь и не действует ему во вред. Она делает то, чему когда-то научилась лучше всего, — защищает. Иногда эта защита проявляется в том, что мы снова оказываемся в привычных ситуациях. Иногда — в том, что важные для нас цели не приходят. Когда-то давно молчание помогло избежать осуждения. Осторожность уберегла от боли. Стремление быть удобным сохранило отношения. Отказ от риска подарил ощущение безопасности. Прошли годы. Обстоятельства изменились, но внутренние стратегии нередко остаются прежними. Поэтому человек может искренне мечтать о переменах и одновременно испытывать необъяснимое сопротивление каждому новому шагу.
Будто внутри по-прежнему звучит тихий голос: «Не надо. Здесь небезопасно». И тогда становится ясно: проблема не в отсутствии силы воли.
Представьте автомобиль с автопилотом. Можно крепче держать руль, сильнее нажимать на педаль газа и сердиться на себя за то, что снова свернули не туда. Но если в навигаторе по-прежнему указан старый маршрут, машина снова и снова будет возвращаться на привычную дорогу.
С человеком происходит примерно то же самое.
Настоящие изменения начинаются не с борьбы с собой, а с понимания себя. Когда мы замечаем, какие внутренние правила продолжают управлять нашими решениями, появляется возможность выбрать другой путь.
Наверное, именно это и есть настоящая осознанность. Не стремление контролировать каждую мысль или каждое чувство. А способность однажды увидеть, что многие сегодняшние реакции — это решения, которые психика когда-то приняла ради нашей защиты.
Самое удивительное, что подсознательные сценарии — это не приговор.
Стоит изменить глубинные установки — и мир словно становится больше. Там, где раньше был тупик, появляются десятки дорог. Там, где были страх и сомнения, рождаются интерес, азарт и желание попробовать. И однажды вы вдруг ловите себя на мысли: жизнь изменилась не потому, что вы стали сильнее бороться с собой. Она изменилась потому, что у вас наконец появился выбор.
А ведь именно с выбора и начинается новая история!
Фото предоставлено https://mos.news/
Источник: Pronline.ru, группа компаний Pro-Vision
Кашель как аллергическая реакция организма: причины возникновения и диагностика обострений
Аллергией принято называть ответ иммунной системы на воздействие какого-либо специфического антигена. Одним из характерных симптомов подобного состояния является кашель. Если проблема вызвана не острым респираторным заболеванием, важно выявить ее причины и своевременно принять меры для снижения риска обострений.
Чаще всего реакция организма на аллерген проявляется немедленно. Это могут быть угрожающие жизни анафилаксия или ангионевротический отек, которые возможны при воздействии таких факторов, как, например, введение лекарственного препарата, укус насекомого или употребление некоторых продуктов питания. Нередким симптомом аллергии является риноконъюнктивит – аллергическая реакция слизистых глаз и носовой полости. Он возникает как индивидуальная реакция на воздействие некоторых аллергенов (шерсть животных, бытовая пыль, пыльцу растений и др.). Иногда первый контакт с аллергеном не дает реакции. Однако в последующих случаях иммунные клетки распознают данные вещества и вырабатывают специфические антитела – иммуноглобулины. Это сопровождается клиническими проявлениями: чиханием, кашлем, слезотечением разной степени выраженности. Данная реакция гиперчувствительности лежит в основе аллергических исследований на общий и специфические иммуноглобулины Е. В то же время существуют реакции замедленного типа, которые протекают на клеточном уровне без участия антигенов. К ним относится контактный дерматит.
Только при наличии перечисленных симптомов можно говорить о наличии аллергии. Повышение уровня IgE к определенному аллергену, которое не сопровождается клиническими проявлениями, считается латентной сенсибилизацией. Данное состояние не требует лечения.
Аллергический кашель нередко интерпретируется как проявление астмы или предпосылка к ее развитию. Это мнение не всегда верно. Для некоторых разновидностей бронхиальной астмы не характерны аллергические воспаления. Приступы неаллергической бронхиальной астмы могут быть спровоцированы холодным воздухом, резкими химическими запахами, респираторными инфекциями, стрессом, физическими нагрузками.
Бронхообструктивный синдром может свидетельствовать о бронхиальной гиперреактивности, что является функциональным нарушением. В данном случае спазмы и кашель возникают на химические, физические и другие раздражители. У здорового человека данные триггеры подобных реакций не вызывают.
Для бронхиальной астмы всегда характерно хроническое воспаление дыхательных путей. Оно сопровождается респираторными симптомами: затруднением дыхания, приступами удушья, кашлем, свистящими хрипами при дыхании, чувством «заложенности» в груди. Данные признаки варьируются по времени и интенсивности.
Широкая вариативность возможных симптомов бронхиальной астмы требует ее тщательной диагностики. Основным методом исследования является спирометрия с бронходилатационным тестом. При проведении этого теста препарат, расширяющий бронхи, позволяет выявить скрытую бронхиальную обструкцию и реакцию дыхательных путей. Патологические симптомы имеют непостоянную интенсивность, поэтому при первом исследовании не всегда удается с точностью диагностировать заболевание. Исходя из этого, ингаляционная терапия может быть назначена на основе клинических признаков без инструментально подтвержденной обратимой бронхиальной обструкции.
«Кашель может сопровождать бронхиальную астму, но не всегда указывает на ее наличие. Пациенты, склонные к аллергии, нередко отмечают клинические проявления, характерные для бронхиальной астмы. Подозрения вызывают респираторные симптомы, даже если они возникают только при контакте с раздражителем или, например, обострении сезонной аллергии. Тем не менее точный диагноз может поставить только врач. Для этого проводится тщательное изучение анамнеза и обследование, а также учитываются индивидуальные особенности здоровья пациента. Это позволяет назначить комплексную терапию. Важно учитывать, что лечение непосредственно аллергии может облегчить течение аллергической астмы», – рассказала врач Ирина Лизункова, врач-пульмонолог ФНКЦ ФМБА России.
